Секретная Антарктида

Антарктида – это не просто самый холодный и загадочный материк на Земле, но и место, где можно узнать себя настоящего. Именно этот секрет Антарктиды раскрывает нам режиссер-документалист Ольга Стефанова, которая побывала на Южном полюсе шесть раз – она снимала фильмы о жизни в условиях сурового холода. Ольга – одна из семи российских женщин, которые «перезимовали» на дальнем материке. По словам режиссера, зимовка там круто изменила ее жизнь. Антарктида по-прежнему остается наименее изученным континентом нашей планеты. Она привлекает героев, мечтающих познать ее тайны, заманивает своей красотой, чистотой и объединяет любовью к размеренности.

 

— Ольга, чем было вызвано решение стать полярником?

 

— Я ездила в Антарктиду как режиссер документального кино, то есть получила разрешение на зимовку именно в качестве режиссера. Если бы я просто была Ольгой Стефановой, которая хотела туда сбежать, мне бы никто ничего не разрешил.

 

— Почему вы выбрали Антарктиду?

 

— Предполагалось, что с научной станции «Беллинсгаузен» нельзя будет эвакуироваться, хотя там есть недалеко чилийский аэродром и летают самолеты. Идея именно в этом и заключалась: мне хотелось уехать как можно дальше и пробыть там как можно дольше, хотелось погружения, интерес был именно в длительном наблюдении за своими героями внутри той ситуации, в которой они оказались. И после этой зимовки я еще пять раз ездила в Антарктиду, но поездки уже были короче – в зависимости от сезона и задач.

 

— Как необходимо подготовиться к путешествию в антарктическую зону?

 

— Лиза, психологически коллектив не готовят, то есть никакой специальной подготовки в российской экспедиции, как правило, нет, а персонал станции подбирает ее начальник. Мне было трудно, потому что все остальные просто зимовали, а я была под прожекторами, и любое мое действие, слово, поведение тут же становилось известно всем, потому что все говорили о том, что на «Беллинсгаузене» зимует женщина. И поскольку задача была снимать кино, то все ребята, которые зимовали со мной, были героями этого фильма. Для того чтобы они разрешали себя снимать, а в кадре выглядели откровенными и искренними, нужно было поддерживать хорошие отношения со всеми, а это было очень непросто.

 

— Чем, по-вашему мнению, это место отличается от всех остальных?

 

— Тем, что в какой-то момент понимаешь, что на Большой земле ты бы жестко ответил, поставил на место, принял какие-то меры, а в Антарктиде такие способы общения недопустимы, потому что сегодня ты поступишь так, а завтра уже не сможешь этого человека снимать столь же искренне, как прежде. И поэтому приходилось искать какие-то подходы, обламывать себя в собственных желаниях и эмоциях. Очень помогало то, что на станции «Беллинсгаузен» есть храм – это единственная действующая православная церковь на всей территории континента, где вместе с полярниками зимует священник, и в случае какого-то пика есть возможность прийти и выплакаться, исповедоваться и получить в таинстве некую помощь.

 

— Над чем трудятся ученые на полярных станциях?

 

— На сегодняшний день я сняла три документальных фильма об Антарктиде, и первый, который родился спустя год зимовки, так и называется «Зимовка». В фильм включены истории пятнадцати полярников, у каждого из которых есть своя профессия и функция на станции. И когда они рассказывают о жизни в условиях полюса, в принципе понятно, из кого состоит зимовка и что эти люди делают на станции.

 

— Ольга, какую миссию преследовала ваша экспедиция?

 

— Так получилось, что во время зимовки произошла определенная история, которая стала сюжетным стержнем фильма «Зимовка». Эта история чисто человеческая, она неформатная. После выхода фильма осталось большое количество нерассказанного, но пережитого, поэтому спустя два года родился фильм «Русская Антарктида. XXI век». И это был абсолютно другой формат, это было кино, которое делалось для телеканала «Россия-1» с вербальным рассказом об Антарктиде. Но и после этого фильма остались истории, которые были достойны экрана, – и спустя еще год появился фильм «Станция "Восток". На пороге жизни». Он демонстрировался на фестивалях, и посвящен самому холодному месту на планете. Но надо сказать, что, сделав и этот полный метр, я вижу еще много нерассказанного материала, из которого можно сделать четвертый фильм.

 

— Какие сейчас опасности таит в себе Антарктида?

 

— В Антарктиде и сейчас есть место подвигу, несмотря на то, что быт налаженный. Там всегда низкие температуры, сильнейшие ветра, которые как сбивали с ног, так и сбивают. На станцию «Восток» с берега ходят санно-гусеничные походы, которые везут топливо и продукты, технику и запчасти, все необходимое для того, чтобы обеспечить зимовку. И если до недавних пор походы ходили со станции «Мирный» и первые 100 километров трассы преодолевали жуткую зону ледовых трещин, куда постоянно проваливались тягачи, и было много опасных ситуаций, то сейчас усилием людей эти походы перенесены на станцию «Прогресс», где нет зоны ледниковых трещин. Опасности как таковой, вот допустим в этом деле, в этой части экспедиции, стало меньше, но дальше, когда поход поднимается все выше и выше, он точно так же проходит зону сыпучих снегов.

 

— Есть ли что-нибудь мистическое в столь отдаленном и необитаемом уголке планеты?

 

— Лиза, часто бывали моменты, когда я могла стать причиной какого-то конфликта, и приходилось осознавать, что первопричина лежит именно во мне, то есть в моем собственном желании привлекать к себе повышенное внимание, иметь какую-то энергетическую подпитку от ревности людей, от их соперничества и т. д. На белом чистом фоне очень хорошо просматривалось каждое черное пятнышко, и было понятно, что многое в поведении людей зависит от нас самих. Случались моменты, когда еще чуть-чуть – и будет какой-то конфликт, который разойдется кругами по всей Антарктиде, а допустить этого нельзя, но сделать ты ничего не можешь, процесс запущен, все работает, и ничего изменить не получается. Вот приходишь в храм ночью, горит какая-нибудь одна лампадка, за окном воет вьюга, садишься куда-нибудь в уголочек и просто плачешь: «Господи, у меня ничего не получается, я сама ничего не могу, я не могу этого изменить, вот оно как происходит, так и происходит, вот я такая, изменить можешь Ты, у меня уже ничего не получается, а Ты можешь, измени это, пожалуйста». И вот выплачешься, отодвинешь переживания от себя хотя бы на чуть-чуть, возвращаешься обратно, а там люди, которые должны были ругаться и ссориться, обнимаются, замечательно играют в пинг-понг и вообще друзья навек. Вот таких событий, переживаний и успокоений за год у меня было очень много.

 

— Чем запомнилась работа в Антарктиде?

 

— Лично меня этот континент продолжает удивлять до сих пор, несмотря на то что я уже много про него знаю. Но главное впечатление в том, что, когда находишься в Антарктиде, особенно на зимовке, из тебя очень активно лезет твоя внутренняя сущность, которую никуда не спрячешь. Там оказываешься в полной изоляции, когда вокруг есть только снег, лед и больше ничего, и, как я уже говорила, на этом белом фоне очень ярко просматривается каждое черное пятнышко.

 

— Ольга, возвращались ли вы оттуда прежней?

 

— Господь там очень близко, Он помогает все пережить, и при твоем большом желании Он все меняет. Я всегда возвращалась из экспедиций с толстыми дневниками, исписанными тем, что я про себя поняла и увидела, чего я больше никогда не хочу делать, как я больше никогда не хочу поступать. Это очень благодатное место для внутренней работы.

 

Журналист Лиза Заикина